Номинация: Интерьер городской квартиры от 100 до 250 кв. м
Категория: Концептуальный проект
Тип: Другое
Позиционирование: Премиум
Площадь: 140 м²
Местоположение: Россия, Москва
Год: 2026
Молодая семья хотела жить громко и работать тихо в одних и тех же стенах. Из этого желания и выросла вся архитектура. Пространство честно разделилось на два мира и каждый получил свой воздух и свой ритм.
Первый мир открыт и полон света. Кухня и гостиная собраны здесь в одну большую зону где готовят и принимают гостей и разговаривают допоздна у горящего камина. Это общая территория дома и она никого не отпускает быстро.
Второй мир начинается за коридором который работает как антракт между двумя действиями. Он гасит звук и приглушает свет и оставляет за собой тишину. В его глубине живёт мастер-спальня со своей гардеробной и собственной ванной комнатой. Это замкнутый и самодостаточный сценарий на двоих куда не нужно выходить в общее пространство. Рядом ждёт гостевая спальня с отдельным санузлом и душевой чтобы приезд друзей или родителей не сбивал устоявшийся ритм дома.
А главный поворот сюжета спрятан в каминной зоне.
Один из шкафов в общем пространстве вовсе не шкаф. Он бесшумно сдвигается и за ровным фасадом открывается кабинет. Отдельная комната для работы и сосредоточенности о существовании которой гость может так и не догадаться. Когда створка закрыта квартира читается цельной классической анфиладой с камином и книжной стеной. Когда створка открыта в доме появляется третья жизнь. Пространство здесь не перестраивается а переключается и одно движение руки меняет не квадратные метры а режим дня.
Стилистически это современная классика без музейной серьёзности. Классический каркас отвечает за осанку и держит пропорции и симметрию и благородную приглушённую палитру. Современность отвечает за характер и приходит в дом лаконичной мебелью и светильниками которые работают почти как скульптура. Ничего лишнего и ничего показного. Только спокойная уверенная геометрия.
Особая роль здесь отдана графике на стенах. В интерьер вошли работы Гюстава Доре и Иеронима Босха с их плотной гравюрной линией и фантасмагорией и настоящей глубиной.