Здесь, на тонкой грани между водой и небом, где ветер с Онеги срывает голоса чаек, вырастает конструкция. Она не спорит с силуэтом знаменитого погоста, а вступает с ним в безмолвный диалог, используя иной диалект древесины — диалект рыбацких тоней и руин.
Это деконструкция самой материи народной жизни с ее красотой архитектуры и ремеслом озера, разъятой на балки, чтобы затем заново сшить её рыболовной сетью и стать символом возрождения места.
Балки, словно их только что выбросило из воды, сложились сами в причудливую конструкцию. Кто-то говорит, что они похожи на рыбацкие вешала — пирамидальные опоры для просушки сетей у карельских рыбаков. Кто-то говорит, что это створный знак для прохода кораблей, маяк, а может, циркуль древних зодчих? Каждый видит в этой форме что-то свое, но обязательно что-то вдохновляющее.
Это памятник местному традиционному труду на студеном озере. На балках резьба: точные плотницкие зарубки, пазы, замки — азбука зодчих, строивших без единого гвоздя, — и растительный орнамент, напоминающий причелины старинных карельских домов. Так утилитарная конструкция обретает душу древней архитектуры.
Сеть, пронизывающая нутро формы. Она — метафора островной жизни: невидимые нити лодочных путей, где судьбы сплетены. А еще на нее можно вешать памятные вещички на удачу и на удачный улов по жизни, своего рода дары водному владыке.
Венчает все это морской фонарь на самой длинной балке. В тумане Онеги фонарь будет служить ориентиром для заблудших рыбаков. Постойте рядом — ветер качнёт балки, заставит сеть дышать, а свет направит на путь возрождения деревень Карелии.
Подробнее
Скрыть